СВЯТЫЕ. Неизвестная миссия Серафима Саровского (2010)

Подписаться 210
1543 просмотра
 
Опубликовано: 14 окт. 2016 г.

Комментариев (0)

Комментариев пока нет

Текст занятия
СВЯТЫЕ. Неизвестная миссия Серафима Саровского. (2010).

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:

«Тысяча девятьсот шестьдесят первый год. Архипелаг Новая Земля. Советский Союз готовится к испытаниям нового оружия – водородной бомбы. Она настолько большая, что для нее специально создают подъемный механизм и устройство крепления к бомбардировщику. Эта бомба тогда защитила нашу страну. По странным стечениям обстоятельств, эта бомба оказалась связана с именем самого почитаемого русского святого, Серафима Саровского».

Ядерная вспышка на полигоне Новая Земля, была видна за тысячи километров. Ударная волна три раза обогнула земной шар. Царь-бомба стала самым мощным земным устройством, когда-либо разработанным и испытанным на земле. Отныне, Россия навсегда была ограждена от возможной агрессии непробиваемым ядерным щитом. А, через много лет, будут говорить, что этот щит появился под покровительством одного русского святого – Серафима Саровского.


Апрель, тысяча девятьсот двадцать седьмого года. Саров. Монастырь. Несколько человек заканчивают выполнение особого задания наркома внутренних дел. Большой деревянный ящик, со всеми мерами предосторожности, укладывают на подводу, и, секретный груз навсегда покидает монастырский двор. Так из города вывозили главную святыню – мощи преподобного Серафима Саровского. Через два дня груз ожидали в столице.

Москва. Антирелигиозный музей. Для осмотра мощей собрана специальная комиссия. Деревянную крышку вскрывают медленно и очень осторожно. В зале царит невероятное напряжение. Наконец, последний гвоздь сорван, и, ящик открывают. Внутри – пусто. Весной, тысяча девятьсот двадцать седьмого года мощи святого Серафима Саровского пропали, и, больше шестидесяти лет, о них не было никаких сведений.

Илья Семененко-Басин – доцент центра изучения религий при РГТУ:
«Мощи исчезают. Мощи находятся неизвестно где. Множество легенд о месте их нахождения. Называются самые невероятные адреса, так сказать. Мощи какого-то, якобы, священника скрыты. Или, мощи какого-то, якобы, мирянина сокрыты. Или мощи сокрыты где-то в Дивеево, даже, чуть ли, не под землей, или, где-то, в тайне».

В пятидесятые годы Советский Союз начинает разработку нового оружия. В стране появляются, так называемые, «шарашки», - города за колючей проволокой, куда собирают лучших физиков. Эту гениальную формулу прокачки мозгов придумал Лаврентий Берия. После обработки в подвалах НКВД перед ученым ставили выбор: или враг народа, или герой труда. Обычно выбирали второе. Главным городом, где будет проведена работа по созданию бомбы становится Саров. Саров находится, всего лишь, в четырехстах километрах от Москвы, но билеты продают только до станции Берещено. Дальше надо доплатить проводнику символическую плату - сто девяносто девять рублей, что бы на рассвете прибыть на КПП до сих пор закрытого города.

Город Саров. Нижегородская область.
Город за колючей проволокой. В сорок шестом году ее понадобилось тридцать тонн, для заграждения ядерного центра. С этого времени он надолго потерял свое истинное название. Просто убрать город с карты СССР , американская разведка сражу бы заподозрила бы неладное. Поэтому, руководство страны изменило название, Саров стал Кремлевском, потом Арзамасом шестнадцать. В этом многоликом городе днем и ночью трудились физики-ядерщики над созданием грозного оружия. Советское правительство заранее известило мир о готовящихся испытаниях.

Никита Сергеевич Хрущев – генеральный секретарь ЦК КПСС: «Мы так ухнем, что больше не будешь ухать!».

После такого заявления назад было отступать нельзя.

Игорь Жидов – бывший сотрудник российского ядерного центра:
«Главная задача, целевая, была, ради чего создан был этот объект, это, конечно, создание бомбы, создание паритета, невозможность, защита страны».

Первых физиков, привезенных в Саров, поселили в монастырских кельях, другого жилья в городе не было. Вместо молитв, в этих стенах стали звучать термины «термоядерный синтез», «цепная реакция», «деление ядра». С этого момента Саров будет восприниматься, как центр атомной физики. Больше века, до этого, город был связан, в первую очередь, с именем преподобного Серафима Саровского. Именно здесь прожил большую часть своей жизни великий русский святой. Отныне, эта тема будет закрыта. Но, что-то, все-таки, останется.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«Колокольня за моей спиной была построена еще при жизни Серафима Саровского, в тысяча семьсот девяносто девятом году. Выглядит она довольно высоко. Сейчас я попробую туда подняться. Прошел уже более ста ступеней, и, даже для меня, здорового человека, это не так-то просто оказалось. А, как это делали монахи, для меня не понятно. Колокольня, на которой я сейчас нахожусь, была построена еще при жизни Серафима Саровского, в тысяча семьсот девяносто девятом году. Это самая высокая точка города, поэтому вся увешана телевизионными антеннами и убирать, похоже, отсюда не собираются.

Сверху хорошо видно, что город рос вокруг монастыря, а, главный проспект упирается прямо в колокольню. Он был проложен в пятидесятые годы и рассек монастырь надвое. Новым проектировщикам мешали два главных собора».

Валентин Степашкин – историк, краевед:
«На монастырской площади были уничтожены два наших собора. Собор Успения Пресвятой Богородицы и Собор Святого Источника. Для этой работы были привлечены физики, специалисты по взрывам из нашего ядерного центра».

Колокольню тоже собирались взорвать. Считалось, что в случае войны, она будет хорошим прицелом для вражеской артиллерии. Но, тут, физики, неожиданно, встали на защиту.

Игорь Жидов – бывший сотрудник российского ядерного центра:

«Директор, это было уже после запуска спутника, и, он, как умный человек, предполагал, что появится космическая разведка. И, поэтому, как ориентир, как артиллеристский ориентир, Вакулин, не будет играть никакой роли. И, поэтому, работы по подготовке и уничтожению были сохранены».

Загадочным образом, ученые, пришедшие сюда из мира материализма, начали сохранять все то, что этот мир планировал уничтожить.

Музей российского федерального ядерного центра. Город Саров.
Музей ядерного оружия. Самый уникальный музей в мире. Здесь собраны все разработки советского, а потом и российского ядерного центра, начиная с сорок шестого года. Трудно представить, чтобы случилось с миром, если бы все это, в один миг, взорвалось.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«Вот эта водородная бомба младше первой атомной на двенадцать лет. За это время ее мощность возросла в полторы тысячи раз. Ее назвали «Кузькина мать». И, создавалась она на святой земле Сарова».

Легендарная фраза про «Кузькину мать» сорвалась с уст Никиты Хрущева, когда он грозил кулаком Соединенным Штатам Америки. Угроза оказалась убедительной.

Никита Сергеевич Хрущев – генеральный секретарь ЦК КПСС:
«И завершим это испытание взрывом атомной водородной бомбы, мощностью пятьдесят миллионов тонн тротила. Мы говорили, что мы имеем бомбу в сто миллионов – это верно. Значит, это я подтверждаю. Но, сто миллионную бомбу мы взрывать не будем. Потому, что, если мы эту бомбу взорвем где-то, туда, куда она предназначается, то мы можем и себе окна побить. Поэтому, этого не стоит делать».

На пике ядерной угрозы Западу дали понять, что отныне Советский Союз обладает достаточно мощным потенциалом, чтобы дать достойный отпор любому противнику. Но, никто тогда не догадывался о главном. То, что в самое острое время, разработки физиков увенчались успехом, не было счастливое совпадение.

Александр Брюховец – иерей, клирик храма в честь всех святых:
«Не случайно, в этом месте было произведено или разработано столь грозное оружие. В этом есть, несомненно, промысел божий. То, что нам кажется злом, то Господь обращает во благо».

Когда-то Александр Брюховец, так же, как и многие другие молодые специалисты-физики, приехал в Саров работать инженером в ядерном центре. А, несколько лет назад, он, неожиданно для всех, решил сменить профессию и стал священником.

Александр Брюховец – иерей, клирик храма в честь всех святых:
«Мы считаем, что батюшка Серафим нам помогал, и помогает. И без его благословения, без его помощи, этого бы не произошло. И, надеемся, что эта помощь будет продолжаться и далее, и, что, это оружие будет – оружием устрашения».

Но, возможно, успеху советских физиков способствовала не только сила святого места. Уже в пятидесятых годах, тайно звучала версия о том, что мощи преподобного Серафима Саровского находятся где-то здесь, в городе, спрятанные монахами монастыря. Ведь, не случайно, подвода УГПУ пришла пустая. Ну, где, в таком случае, должна была храниться святыня?

Анатолий Агапов – историк, краевед:
«Когда мы узнали, что здесь, в Сарове, где-то есть пещеры, мы обратились к геологам, которые работали здесь. Мы говорим: «А, вы можете найти подземелье в Саровском монастыре?». Они говорят: «Да, нет, никаких проблем».

Историки говорят, что под городом протянулись подземные ходы, вырытые монахами монастыря. В пятидесятые годы, когда Саров стал закрытым, сотрудники КГБ, на всякий случай, и вход в пещеры. Тайна монастырских подземелий могла быть похоронена навсегда, если бы не счастливая случайность.

Анатолий Агапов – историк, краевед:
«Лев Сергеевич Русин, который ползал по этим пещерам, он сказал: «Я знаю, где вход». И, показал нам, примерно, вот такое место».

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«То есть, это вот здесь и было, вот на этом месте?».

Анатолий Агапов – историк, краевед:
«Здесь была огромная стена. Вот такая, бетонная. Вот такая.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«Подождите, а куда она делась?».

Анатолий Агапов – историк, краевед:
«А ее потом взорвали. Вот эту стенку потом взорвали наши ребята очень маленькими зарядиками, такими, так, что даже стекла в соседних домах не полетели. И, уже, на следующий день пришли подготовленные ко входу, с касками, с прожекторами, все, что было нужно. И, вошли в эти подземелья».

Пещеры Саровского монастыря, город Саров.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:

«Сейчас все изменилось, в эти подземелья даже водят экскурсии. Есть несколько коридоров, куда обычным туристам вход строго запрещен. Туда мы и попытаемся пройти».

Что прятали монахи в подземельях? Действительно ли мощи святого Серафима оставались в городе все годы правления Советской власти? И, какая тайна была скрыта от глаз ученых-ядерщиков?

Подземные лабиринты. Здесь можно идти только цепочкой, шаг в шаг, слишком узкие ходы много ответвлений и тупиков. Кажется, они специально созданы, чтобы хранить какую-то тайну.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:

«этим пещерам, даже по самым скромным подсчетам, не меньше пятьсот лет. Создавали их вручную, с помощью специального инструмента. А, жили здесь монахи-старцы. И, это было для них самое строгое послушание. В шестидесятые годы сюда забирались молодые физики. В этих заброшенных пещерах они искали монастырские сокровища. И, кстати, говоря, что-то находили.

Анатолий Агапов – историк, краевед:

«В подземельях прятали сокровища настоящие. Во время пожара тысяча восемьсот двенадцатого года сюда были привезены …».

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«То, есть, из Москвы, сюда?».

Анатолий Агапов – историк, краевед:

«из Москвы сюда везли, да. И, прятали здесь».

После революции все изменилось. Теперь уже власть стала интересоваться монастырскими сокровищами. Большевики реквизировали из монастырей золото и серебро.

Валерий Юрченков – директор НИИ гуманитарных наук:
«Нажим первый на Саровский монастырь имел место в восемнадцатом году. Когда прошли первые конфискации ценностей в монастыре».

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«Это келья?».

Анатолий Агапов – историк, краевед:
«да. Келья отшельника».

Таких келий, в этом монастыре несколько десятков. Трудно себе представить, что здесь можно было еще и жить. Кругом, сплошной камень.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«смотрите, она ведь сыпется. Это какой-то странный…».

Анатолий Агапов – историк, краевед:
«это – доломит. Доломит – это мелкие отложения моллюсков. Мы, находимся с вами на дне океана. То, есть, примерно, сто восемьдесят миллионов лет назад здесь было море. И, вот эти, осадки, всех, вот этих микроорганизмов … ».

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«А легенды, вообще, какие-либо существуют. Связанные с этим местом?».

Анатолий Агапов – историк, краевед:

«Легенды? Ну, вы знаете, легенды какие. Вот, сейчас, у нас, поскольку пещеры стали доступны, то сейчас экскурсоводы говорят всегда, что у нас тут трех-ярусные пещеры. Первый ярус, который открыт. Есть второй ярус. Еще третий, где-то ярус».

Возможно, эту легенду создали сами монахи, чтобы запутать нежеланных гостей. Такие гости появились на пороге монастыря в начале двадцатых, с требованием выдать мощи святого Серафима.

Алексей Беглов – историк:
«Кампания по вскрытию святых мощей была одной из первых организованных акций советской власти, направленных против православной церкви. Сам Ленин писал о том, что он надеется, что эта кампания оттолкнет от церкви сотни тысяч верующих».

Тысяча девятьсот двадцатый год. Саровский монастырь. Комиссия тамбовского Губкома приезжает вскрывать раку с мощами преподобного Серафима Саровского. Специально приглашенный фотограф, невзирая на просьбы монахов, фиксирует все на пленку. Эти снимки долгие десятилетия хранились в архивах по грифом «секретно». Нам удалось их найти. Но, вот что странно. Закончив процедуру, большевики снова закрывают крышку раки. И уезжают, почему-то не забрав мощи с собой.

Валерий Юрченков - директор НИИ гуманитарных наук:

«причина, наверное. В том, что Тамбовщина была охвачена таким мощным крестьянским восстанием, которое вошло в историю, как «Антоновщина».

Леса вокруг Сарова тогда были более. Ем опасны для полутора сотен красноармейцев. Попытку вывоза мощей преподобного Серафима, скорее всего, местное крестьянство восприняло бы, как святотатство. И, эта акция стоила бы большевикам жизни. Монахи получили шанс – спасти святыню.

Илья Семенеко-Басин – доцент центра изучения религий при РГТУ:
«Тамбовский епископ просил одного из монахов Саровского монастыря унести в тайне святыню, скрыться с ней в горах Кавказа. Монах, по какой-то причине этого не сделал».

Что-то остановило этого монаха. Но, что? Ведь спрятать мощи было просто необходимо. Если только, на тот момент, они уже не были перенесены в какое-то безопасное место.

Мы продолжаем пробираться подземными монастырскими ходами. Их длина всего четыреста метров. Тем не менее, неопытному новичку здесь очень легко потеряться. Знающего человека эти пещеры сами спасут.

Анатолий Агапов – историк, краевед:
«Дело в том, что поземные ходы здесь сделаны своеобразно, в связи с тем, что они идут в доломите, для того, чтобы было безопасно, они закольцованы. То есть, если где-то произошел обвал, можно было бы по кольцу выйти на другую сторону».

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«Здесь, вообще, могли спрятать мощи Серафима Саровского?».

Анатолий Агапов – историк, краевед:
«Я рассказываю, как это можно было бы сделать. То есть, если внизу вода находится, можно копать колодец до воды, и, на уровне воды, делать ответвление в бок. Это хорошее место, где можно скрыть».

Но, спрятали ли их на самом деле? К сожалению, проверить эту версию невозможно. Большинство ходов подземелья до сих пор завалены. Мы вынуждены выбираться наверх.

Апрель, тысяча девятьсот двадцать седьмого года. Волна церковных погромов улеглась. Монахи Саровского монастыря почувствовали себя в безопасности. И, вот тогда, в Саров, внезапно, прибыл усиленный отряд НКВД.

Алексей Беглов – историк:

«Саровский монастырь и Дивеевский монастырь попали, вот, как бы, в последнюю очередь. Видимо, именно, потому, что места, где они находились, продолжали быть таким «медвежьим углом».

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:

«Здесь разворачивается главная трагедия двадцать седьмого года. Когда-то, вот на этом месте, стояла церковь Пресвятой Богородицы и живоносного ее источника, где хранились мощи преподобного Серафима Саровского. Отсюда же, восемьдесят с лишним лет назад, они и пропали».

Известно, что подвода с красноармейцами и заколоченным ящиком ушла в Москву. Совсем скоро выяснилось, что ящик пуст. И, куда пропали мощи святого Серафима, никто не мог сказать. Что же случилось на самом деле? Ответ на этот вопрос оказался неожиданным.

Апрель, тысяча девятьсот двадцать седьмого года. Подвода НКВД выезжает из монастырского двора и скрывается за поворотом. Все кончено. Но, спустя несколько минут на дороге из Сарова появляется еще одна повозка, точная копия первой. Чуть задержавшись на развилке, она направляется в прямо-противоположную сторону.

Алексей Беглов – историк:
«Увозили особенным образом, тайно. Что были две, так сказать, повозки, на которые были поставлены одинаковые ящики, и, которые поехали в разные стороны. Чтобы ввести верующих в заблуждение, где, собственно, подлинные мощи находятся».

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«вот на этом перекрестке две повозки разошлись. Один пошел в сторону Арзамаса, вот, по этой дороге. А, другой, по всей видимости, в сторону Пемзы».

До Пемзы подвода с секретным грузом так и не дошла. О том, где она остановилась, знали всего несколько человек. Об истинном местонахождении мощей святого Серафима Саровского было приказано молчать.

Валерий Юрченков – директор НИИ гуманитарных наук:

«Вот, здесь, вот, как раз, начинаются все, вот эти, слухи, легенды, которые, вот, мощи эти сопровождали, вплоть, в принципе, до обретения их».

Куда исчезла вторая подвода? Кто мог помешать боевикам уничтожить мощи преподобного Серафима Саровского? И, где на самом деле, долгие годы, хранился секретный заколоченный ящик, вывезенный из Сарова?

Город Москва.

В этом доме, вот в этом подъезде, живет мой крестный. Семь лет назад произошел один случай. Моя мама пригласила его на чай, и, я пошел за ним. Вот квартира моего крестного. Когда мне было семь лет, я был небольшого роста, и не мог дотянуться до этого, вот, звонка. Я очень хотел позвонить. Я встал на перила и свалился. Вот здесь я лежал. Как лежал, я не помню. Когда я очнулся, передо мной стоял старик. Он протянул мне руку и сказал: «Вставай». Когда я шел домой, то я боли не чувствовал. Когда я пришел к бабушке, то там я увидел икону, а на ней. Того самого старика. Бабушка мне сказала, что это Серафим Саровский».

Илья Семенеко-Басин – доцент центра изучения религий при РГТУ:
«В христианской традиции есть понятие – святой-скоропослушник. Святой, который быстро отзывается на просьбы. Никола Чудотворец – ну, самый известный, яркий пример. Но, не только. Древние мученики, некоторые. Некоторые святые уже позднего времени. И, вот, для России, это, конечно, же, в частности, Серафим Саровский».

Как ни странно, очень похожее чудо произошло в детстве с самим Серафимом Саровским. Это случилось тогда, когда он еще носил имя Прохор Машнин, и жил в родном городе. В Курске. Сегодня каждый второй житель Курска готов показать ту самую колокольню, которую когда-то строила мать преподобного Серафима Саровского. Маленький Прохор, сорвавшись отсюда, упал прямо на землю.

Алексей Лавриненко – иерей, служитель Сергиево-Казанского собора:

«Мама, и все строители спустились вниз в ужасе, все со слезами. Не чаяли его увидеть живым и здоровым. Но, на удивление всех, он оказался цел и невредим. Это было первым свидетельством того, что это бы непросто юный мальчик, а избранник божий».

Именно в этом городе, спустя почти два века после смерти старца, нам удалось разыскать его родственницу.

Ольга Литвинова – родственница Серафима Саровского:
«Папа рассказывал, про то, что он наш родственник. Он мне всегда говорил, что нужно, если что-то в жизни случается, то, обязательно, нужно обращаться к Серафиму Саровскому. Он нам никогда не отказывает в помощи».

В том, что святой Серафим помогает их семье, Ольга совершенно уверена. Она до сих пор помнит тот страшный случай, когда ее ребенок только чудом остался жив.

Ольга Литвинова – родственница Серафима Саровского:
«Когда родилась, вот, младшая девочка у меня, мы с ней гуляли, она лежала в коляске и спала. Вдруг, ни с того ни с сего, ребенок просыпается, и, просто тянет ко мне ручки. Я, автоматически, ее сразу беру. Не успела я взять ребенка на руки, с четвертого этажа летит бутылка, и разбивается. Разбивается прямо в коляске, вот, она, прям, попадает точно, там, где лежала подушка ребенка».
Иногда, преподобный Серафим Саровский предупреждал родных об опасности. Иногда, предвещал мрачные события. Один раз послал печальное знамение.

Ольга Литвинова – родственница Серафима Саровского:
«когда папу забирали в больницу у нас на стенке висела икона Серафима Саровского, то, эта икона упала. Мы пытались поднять икону и снова повесить на стенку, но, икона, вот, все равно, падала и падала, вот. За четыре раза. В общем, после этого, папа умер. Но, и, как сказали, что это было знамением».

Сегодня к Серафиму Саровскому обращаются десятки тысяч верующих. И, не только в Курске. Почитание святого очень глубоко.

То же, самое царило в России сто лет тому назад. Неужели монахи Саровского монастыря могли спокойно отдать такую святыню советским безбожникам? Или мощи преподобного были, все-таки, спрятаны? Но, где?

Илья Семененко-Басин – доцент центра изучения религий при РГТУ:
«разных мест, связанных с Серафимом, где он молился, где он бывал, показывали немало. И, фактически сложились такие, как тогда говорили, «зеленые церкви». Места, где могли оставлять, принесенные, какие-то, по обету ленты, свечи, могли оставить маленькие иконы. Таких мест было несколько».

« Дальняя пустынька», город Саров.

Вот, одна из таких « зеленых церквей». В этом месте монах Серафим провел большую часть своей жизни. Он сам строил себе кельи и возделывал огород, как обычный крестьянин.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«А, вот, это, та самая трава снысь, которой питался отец Серафим. Говорят, в ней есть целая таблица Менделеева. Очень полезная.

А почему отец Серафим не все время жил в монастыре?».

Алексей Беглов – историк:
«Дело в том, что Серафим Саровский, он ушел исполнять свои духовные подвиги. Самое главное – это, он ушел в отшельничество, и здесь прожил, на этом месте, шестнадцать лет».

Многие говорят, что в своем стремлении познать истину, монах Серафим ставил над собой разные эксперименты. Духовные испытания. Он испробовал все, так называемые, монашеские подвиги. Каждый из них мог длиться по несколько лет.

Игорь Жидов – бывший сотрудник российского ядерного центра:

«Батюшка Серафим, который долго искал вопросы, и задал вопрос: «В чем смысл христианской жизни?». Дальше, как и у исследователей, батюшка искал, светским языком, методику, в рамках христианской традиции. Он постился, длительно молился, уходил в затвор. Так, же, как физики ищут методику, которая позволила бы ответить на вопрос, заданный природе».

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:

«Это, вот, как раз, тот самый камень, на котором Серафим простоял тысячу дней. Правильно я понимаю?».

Алексей Беглов – историк:
«нет. Это камень, подобный тому, на котором молился Серафим Саровский. Дело в том, что первый камень был до тысяча девятьсот третьего года разнесен паломниками. И, ничего не осталось, вообще. То, есть, есть только осколки от него. К тысяча девятьсот третьему году поставили новый камень, второй, когда приезжал царь – Николай второй. Но, в советское время, и этот камень, второй, убрали. И, когда монахиня нам Серафимо-Двеевского монастыря подарила осколок камня, настоящего, мы нашли в округе, в лесу, подобные этому, камни».

Во всех местах, связанных с пребыванием отца Серафима, мы встречаем множество людей. Человеческий поток не иссякает уже больше двухсот лет. Здесь не осталось уже, наверное, и пятачка земли, куда не ступала нога человека. Вряд ли можно предположить, что монахи стали бы прятать святыню в таком людном месте.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«Вот, это, и есть колодец, да, батюшки Серафима?» .

Алексей Беглов – историк:
«Да. Вот здесь, на «Дальней пустыньке», колодец. Это святое место, где берут воду» .

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«Специальное приспособление?».

Алексей Беглов – историк:
«да. Все здесь для того сделано, чтобы набрать. Вот такая вода».

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:

«попробовать можно? Что? Скидываем десять лет».

Алексей Беглов – историк:

«да, да. Давай».

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
« Я, действительно, себя чувствую помолодевшим лет на десять».

Легенды, скорее всего, так и останутся легендами. Факт в том, что большевики в двадцать седьмом году, все-таки, увезли какие-то секретные ящики. Судьба первого понятна, судьба второго до сих пор остается загадкой. Но. Можно ли рассчитать путь этой запасной красноармейской подводы? Подвода ушла в сторону Пемзы, но по дороге где-то пропала. Есть несколько мест, где она могла задержаться. Самое подходящее, видимо, Краснослободск. Он, как раз, на середине пути.

Как произошло второе обретение мощей Саровского старца? Что заставило подводу с мощами святого несколько месяцев простоять на запасном пути? И, почему святыню так и не вернули в Саровский монастырь?

В конце девяностого года, в кабинете святейшего патриарха Московского и всея Руси, Алексея второго, неожиданно раздался телефонный звонок. В Казанском соборе города Ленинграда найдены мощи какого-то святого. Есть предположение, что это мощи Серафима Саровского. Это предположение прозвучало, как гром среди ясного неба. Все были уверены, что святыня утеряна навсегда. Но, как мощи Саровского могли оказаться в городе Ленинграде? Мы нашли воспоминания фотографа, который присутствовал при вскрытии раки святого в Сарове, в двадцать седьмом году.

Вот, часть его записей: « Я еду в подвозе, на которой находятся подлинные мощи Серафима Саровского. Послушник, который сидит рядом со мной, жалуется, что преподобный ему не помог. И, даже не подозревает, что мощи находятся рядом с ним».

Судя по этим словам, святыня Саровского монастыря точно была на второй подводе, которая выезжала из города в неизвестном направлении. Куда же она потом пропала?

Валентин Степашки – историк, краевед:

« Известна телефонограмма представителя ОГПУ, города Краснослободска, Матвеева, который, значит, направил ее своему руководству. И, в ней он сообщал, что подлинные мощи находятся у него на хранении, в городе Краснослободске, в доме купца Степашкина, моего деда».

Итак, таинственная вторая подвода останавливалась в Краснослободске. В городе, который находился, как раз, на пути из Сарова в Пензу.

Город Краснослободск. Республика Мордовия.

Сегодня Краснослободск похож больше на поселок городского типа, чем на город. Невысокие постройки, пыльные улицы. Бывший дом купца Степашкина, где в двадцатых годах располагалось местное УГПУ, найти оказалось почти невозможно.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:

«Извините, а вы не подскажите, дом купца Степашкина где-то здесь должен быть? Сохранился еще?.

- не знаю.

- скажите, пожалуйста, дом купца Степашкина?».

Дом, где хранили Саровскую святыню, мы вычислили по фотографии, которую случайно обнаружили в местном архиве.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«Вот, он, дом купца Степашкина. В двадцатые годы здесь располагалась милиция и ОГПУ. Может быть, мощи Серафима Саровского когда-то находились за этими решетчатыми окнами. Здесь уже давно ничего нет, и, спросить об этом не у кого».

Такое ощущение, что в этом городе можно было бы спрятать весь золотой запас России, и никто, ни о чем, бы, не догадался. Мощи святого Серафима хранились здесь несколько месяцев, а жители об этом даже не подозревают.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:

«Извините, а вы знаете, что здесь мощи Серафима Саровского в двадцатых годах были?».

« -А вы знаете. Что в двадцатые годы где-то здесь хранились его мощи?

- не знаю. Этого я не знаю».

« -А, не знаете, где-то здесь, в двадцатые годы, находились мощи? Не знаете?

- Нет».

Правда, в Краснослободске, святыня тоже надолго не задержалась.

Валентин Степашкин – историк, краевед:

«За тысяча девятьсот двадцать девятый год, я нашел, вот, документы музея антирелигиозного. Который в Москве находился. Журналист Орлов хочет написать книгу о борьбе с церковью. И, он упоминает экспонаты, которые он хотел бы сфотографировать. В том числе, называет мощи Серафима».

Кому и зачем нужны были такие сложности с перемещением мощей преподобного, непонятно. Более того, после окончания второй мировой войны, святыня снова неожиданно исчезла. Ни в каких документах, начиная с сорок шестого года, о Серафиме Саровском, ни слова. Что произошло? Ответ подсказали физики-ядерщики.

В конце сороковых, когда мощи многих святых передавались московской патриархии, в Сарове началась разработка атомной бомбы. Вернуть мощи в засекреченный город было уже невозможно.

Валентин Степашкин – историк, краевед:
«Здесь все закрыто. Поэтому, это бы послужило рассекречиванию секретного объекта».

Осенью, тысяча девятьсот сорок восьмого года к московскому вокзалу Ленинграда подошел пассажирский поезд, с двумя багажными вагонами. Солдаты стали торопливо выгружать на перрон ящики с инвентарными номерами. Секретность груза обеспечивалась еще и взводом милиции.

Город Санкт-Петербург.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«Можно предположить, что отсюда, от Московского вокзала, два грузовика отправились по Невскому проспекту в сторону Казанского собора. У обычных граждан они не должны были вызвать подозрение. Странным было лишь то, что машины охраняли большое количество людей в военной форме».

Так из Москвы в Казанский собор Ленинграда доставлялись церковные святыни.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:

«Казанский Кафедральный собор. Сегодня здесь проводят основные церковные службы. А, двадцать лет назад здесь размещался музей религии и атеизма. И, вместо богослужений здесь проводили экскурсии».

История ленинградского музея религии и атеизма закончилась в девятнадцатом году. Когда его стали расформировывать, выяснилось, что в запасниках, все минувшие десятилетия, хранились порядка ста пятидесяти тысяч экспонатов.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«Посетителям, как правило, открывали только небольшую часть экспонатов музея. Никто не знал, что вот за этой дверью, в спецхране, находится главная святыня России».

Только, вот, мощей святого Серафима Саровского здесь не должно было быть. В сорок восьмом вышел приказ – все уничтожить.

Александр Беглов – историк:

«А, тогдашний директор, как раз, ленинградского музея истории религии и атеизма, Бонч-Бруевич, прямо выступал с такими предложениями, о том, что, вот, все мощи, оставшиеся, нужно сжечь».

В один из дней сорок восьмого года, двое сотрудников музея религии случайно обнаруживают в груде строительного мусора, предназначенного к сжиганию, коробку с надписью «Мощи Серафима Саровского». У них есть всего несколько минут, чтобы перепрятать святыню и стереть о ней любое упоминание в документах.

Илья Семененко-Басин – доцент центра изучения религий при РГТУ:

«Судя по всему, мощи были сокрыты верующими сотрудниками музея. Иначе, просто невозможно объяснить их сохранность в таких, ужасных условиях».

Казанский Кафедральный собор. Город Санкт-Петербург.

Отец Павел – настоятель Казанского Кафедрального собора:
«Здесь, вот, стоял большой шкаф, на котором было написано «Иконы восемнадцатого-девятнадцатого века». И, когда в тысяча девятьсот девяностом году стали разбирать эти помещения, потому что требовали. То, обнаружили, в одном из шкафов, коробку картонную, обвязанную веревкой. Стали развязывать, они не знали, вообще, что там такое, и, когда открыли, там останки человеческих костей, то есть, мощи чьи-то. И, поверх всего этого лежало поручи, которые священник одевает при богослужении. И, на этих поручах было написано, вышито: «преподобный, отче, Серафиме, моли Бога о нас».

Это было настоящее чудо. В середине января, тысяча девятьсот девяносто первого года, патриарх Алексий второй лично открыл в Ленинграде торжества по поводу обретения мощей отца Серафима Саровского. А, через две недели святыня была отправлена в Москву. Раку с мощами Серафима Саровского поместили в последний вагон поезда. Ее сопровождал святейший патриарх. После того, как поезд тронулся, все провожающие, на перроне, встали на колени. В тот же год, летом, состоится великий крестный ход из Москвы в Дивеево с мощами преподобного Серафима Саровского. Святыня мощами, будет перенесена в Серафимо-Дивеевский монастырь, в восемнадцати километрах от Сарова, где отныне и станет хранится. И, вот тут, неожиданно, появится еще одна информация. В записях дивеевских монахинь, сделанные еще в шестидесятые годы, найдут свидетельство того, что мощи преподобного, на самом деле, никогда не вывозили из Сарова. Ни в Краснослободске, нив Москве, ни в Ленинграде их не было. Они, до сих пор, должны находиться в закрытом городе физиков-ядерщиков.

О чем долгие годы молчали монахини Дивеевского монастыря? Какое чудо пришлось признать физикам-ядерщикам? И, что мог написать святой Серафим на своем памятнике?

Летом, тысяча девятьсот девяносто первого года, все жители Сарова вышли встречать московского патриарха. В городе объявили выходной день. Ждали, что привезут вновь обретенную святыню. Но, мощи Серафима Саровского сюда, так и не вернулись.

Серафимо-Дивеевский монастырь. Нижегородская область.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:

«Здесь, в Троицком соборе, теперь находятся мощи святого старца. Шестьдесят четыре года понадобилось для того, чтобы сбылись предсказания отца Серафима».

Илья Семененко-Басин – доцент центра изучения религий при РГТУ:

«Нужно сказать, что среди пророчеств Серафима Саровского, нужно сказать, что есть такие слова, что: «в Дивееве, средь лета, запоют Пасху». Что бы это могло значить? Получается так, что пророчество исполнилось летом девяносто первого года».

За всю свою жизнь Серафим Саровский был только один раз в Дивеевском монастыре. Именно тогда, первая настоятельница, матушка Александра, попросила его заботиться об этой женской обители. Серафим обещал, но сдержал свое обещание нескоро.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:

«Отец Александр, почему батюшка серафим Саровский не сразу стал помогать монастырю?»

Александр Травин – клирик Серафимо-Дивеевского монастыря:

«Прежде чем человек не исцелит свою душу, он не может быть руководителем других людей. Когда он ушел в затвор и духовно созрел, то сама Пресвятая Богородица, которая ему являлась, она ему благословила взять на попечение этой обители».

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:

«Он любил монастырь на расстоянии. Я правильно понимаю?».

Александр Травин – клирик Серафимо-Дивеевского монастыря:
«он был монах. И хранил свою чистоту, целомудрие, чтобы не смущать никого из сестер, он на расстоянии, вот, так вот. Мог управлять. А люди чувствовали, что это высокая духовность, и видели подтверждение его слов. Поэтому, им было достаточно, что батюшка Серафим, при этом благословении. И , все, чтобы он ни говорил, все совпадает».

Здесь, в Дивеевском монастыре, по одной из версий, советские власти долгие годы хранили большую тайну. Монахини утверждали, что им единственным известно место, где находятся подлинные мощи святого Серафима Саровского.

Валентин Степашкин – историк. Краевед:

«Настоящий обоз вышел в сторону, значит, Кременок, потом, в сторону Арзамаса. И, якобы. В Кременках произошла подмена. И, вот эти мощи Серафима Саровского находились где-то под спудом, даже в Дивеево. Вот, называли, что, как бы, могилку матушки Александры подкопали, и, как бы, туда, вот, мощи эти спустили».

Эту информацию приняли к сведению и проверили. Как нам удалось выяснить. Из столицы в Дивеево были специально вызваны археологи для проведения секретных раскопок.

Валентин Степашкин – историк. Краевед:
«У него было задание – проверить, не находятся ли мощи Серафима Саровского там. Вот. Естественно, они ничего там не нашли».

Точка в долгой истории мощей святого Серафима Саровского была поставлена. В девяностом году, в Ленинграде нашли настоящую святыню. Она прошла через многие испытания, и, только чудом оказалась сохранена и спасена. Две тысячи третий год – столетие со дня канонизации Серафима Саровского. Физикам впервые выдается увидеть мощи преподобного в своем городе.

По этой дороге в Саров направляется крестный ход. Почти двадцать тысяч паломников со всего мира. Мощи святого Серафима возвращаются в свой Саровский монастырь, правда, ненадолго.

Илья Семененко-Басин – доцент центра изучения религий при РГТУ:
«Батюшка Серафим, так называли его в народе. Это слово «батюшка» - здесь очень многое объясняет. Теплое, очень доброе отношение к нему, как бы, вот, такое, общение сердцем к сердцу со святым. Поэтому открытие его мощей – это очень значимое событие для верующих той поры».
В тысяча девятьсот третьем году Серафим Саровский был канонизирован по личному настоянию императора Николая второго. Оказалось, что за сто лет почитателей у преподобного не убавилось. Крестный ход с мощами святого Серафима растянулся на много километров. Среди паломников тогда шли и ученые из Сарова.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:
«Расстояние от Дивеево до Сарова – восемнадцать километров. Процессия огромная. И, этот день люд запомнят надолго. Чудо явила сама икона святого Серафима».

Икона, вдруг, замироточила. Даже материалисты физики были поражены. Многие не верили своим глазам.

Игорь Жидов – бывший сотрудник российского федерального ядерного центра:
«И один из физиков, сотрудников гнефа, бегает и кричит: «Давайте протокол. Протокол составим. Чо же. Мы – свидетели. Свидетели этого чуда». Почти дословно, все к кому он обращался, говорили одно и то же, что верующим протокол не нужен».

Мощи отца Серафима всего несколько часов были в Сарове. Вскоре, их вернули в Дивеевский монастырь. А город физиков так и остался закрыт для паломников. Здесь верить в Бога и Серафима Саровского теперь остается только ученым.

Илья Семененко-Басин – доцент центра изучения религий при РГТУ:
«Вероятно, святыни имеют свои судьбы. Судьба данной святыни вот, такова. Она очень долго оставалась сокрытой, словно некий знак. Знак того, что вера в России ушла под кожу. Ушла слишком глубоко, очень глубоко. Должны были выйти, как знак обновления веры. Видимо, так должно было произойти».

Город Саров. Нижегородская область.

Не так давно, недалеко от Сарова, установили памятник святому Серафиму.

Илья Михайлов-Соболевский – журналист:

«Паломники здесь собираются довольно часто. Становятся на колени и начинают молиться а, как-то утром, здесь, на пьедестале появилась надпись «Не сотвори себе кумира».

По легенде, эту фразу пишет сам Серафим Саровский, как еще одно напоминание своего завета о том, что радость великую можно получить только от общения с Богом.